Мария Воронова 
Нынешняя администрация США прилагает беспрецедентные усилия для реанимации атомной энергетики. Президент Трамп объявил ядерную отрасль главным приоритетом, запустив агрессивную программу по ускорению развертывания передовых реакторов, созданию внутреннего топливного цикла и реформированию надзорных органов. Однако даже эти меры и многомиллиардные субсидии вряд ли смогут возродить сектор, находящийся в глубоком упадке.
За последние 40 лет в США был спроектирован и введен в эксплуатацию лишь один новый ядерный реактор. Проблема заключается не в протестах активистов или опасениях экспертов по поводу безопасности, а в непомерно высокой стоимости. Никто не готов финансировать атомные проекты, когда возобновляемые источники энергии – такие как солнце и ветер – значительно дешевле, быстрее вводятся в строй и не производят токсичных отходов. Тем не менее, это не останавливает инвесторов, вкладывающих средства в различные стартапы, хотя этих денег пока недостаточно для их реализации.
Белый дом ставит амбициозную цель – увеличить ядерные мощности страны с текущих 100 ГВт до 400 ГВт к 2050 году. Сохранив положения о ядерной энергетике из пакета по низкоуглеродной энергии предыдущей администрации, известного как Inflation Reduction Act, Трамп дополнил их новыми инициативами. Стратегия включает реформу Комиссии по ядерному регулированию (NRC), ускоренное тестирование реакторов, мобилизацию федеральных кредитов и гарантий, а также использование государственных земель для размещения новых объектов.
Самым масштабным обещанием стало выделение 80 миллиардов долларов компаниям Westinghouse, Cameco и Brookfield для строительства новых реакторов по технологии Westinghouse AP1000. Этот проект, однако, уже показал свою несостоятельность. Два единственных блока AP1000, построенные на электростанции Alvin W. Vogtle в Джорджии, обошлись в 35 миллиардов долларов – на 20 миллиардов дороже первоначальной сметы, а их строительство заняло вдвое больше времени. В процессе Westinghouse обанкротилась, и проект завершала другая компания.
Эксперты настроены скептически. «80 миллиардов долларов предназначены для поглощения избыточных затрат на ядерную энергию, – отметил экономический аналитик Марк Купер в интервью New York Times. – Westinghouse должна найти покупателя. Но покупателей по текущей цене нет. Они до сих пор не признают, что ветер и солнце намного дешевле». Власти также рассматривают идею возрождения остановленных «зомби-реакторов», таких как АЭС Palisades в Мичигане, но никто не предлагает бизнес-модель, которая сделала бы их прибыльными.
Большие надежды возлагаются на малые модульные реакторы (ММР), которые, по задумке, можно будет производить на заводе и быстро собирать на месте. Администрация Трампа намерена «устранить бюрократические преграды», сократив сроки лицензирования до 18 месяцев и упростив процедуры общественных слушаний. Однако на сегодняшний день ММР остаются не более чем планами и теориями. Ни один такой реактор, который продвигают лоббисты по всему миру, еще не построен.
При этом в амбициозных планах властей полностью отсутствует упоминание о проблеме ядерных отходов. Более 95 000 метрических тонн отработанного топлива временно хранятся на 79 объектах в 39 штатах, и США за три десятилетия не приблизились к созданию постоянного хранилища. На фоне этих нерешенных проблем возникает закономерный вопрос: зачем инвестировать в дорогую, медленную и рискованную технологию, когда возобновляемые источники энергии предлагают более дешевую, быструю и безопасную альтернативу?
