Дарья Сырских Согласно новому докладу Всемирного экономического форума (ВЭФ), стремительное развитие искусственного интеллекта создает беспрецедентную нагрузку на глобальные физические ресурсы. В документе, озаглавленном «Создание устойчивых и масштабируемых цепочек стоимости ИИ», отмечается, что капитальные затраты крупнейших технологических компаний на профильную инфраструктуру достигнут 700 миллиардов долларов в 2026 году. Эксперты предупреждают, что без комплексного планирования этот технологический бум может столкнуться с жесткими физическими ограничениями, связанными с дефицитом электроэнергии, воды, полезных ископаемых и доступных земельных участков.
Энергетический сектор – это наиболее очевидная точка напряжения. Глобальное потребление электроэнергии центрами обработки данных может вырасти до 945 тераватт-часов к 2030 году, что превышает совокупные текущие потребности Германии и Франции. Искусственный интеллект требует круглосуточного и максимально стабильного энергоснабжения. Это вступает в противоречие с непостоянной природой возобновляемых источников, таких как солнце и ветер, и вынуждает индустрию продлевать работу электростанций на ископаемом топливе или инвестировать в атомную энергетику. Локальная концентрация дата-центров уже приводит к перегрузке сетей в таких регионах, как штат Вирджиния в США и в Ирландии.
Не менее серьезной проблемой становится вода, которая в колоссальных объемах используется для охлаждения мощных вычислительных систем. По прогнозам аналитиков, к 2030 году глобальный расход воды цифровой инфраструктурой достигнет 450 миллионов галлонов в день. Ситуация осложняется тем, что почти половина дата-центров расположена в регионах, уже страдающих от дефицита водных ресурсов. В американском штате Аризона, испанских провинциях Арагон и Каталония, а также в Чили и Индии растущее потребление пресной воды индустрией ИИ начинает напрямую конкурировать с нуждами сельского хозяйства и местных жителей, что провоцирует социальное недовольство.
Производство оборудования для искусственного интеллекта жестко привязано к цепочкам поставок критически важных минералов. Спрос на медь, необходимую для чипов и энергосетей, может вырасти на треть к 2040 году, а потребности в литии для систем резервного питания увеличатся в пять раз уже к концу текущего десятилетия. При этом добыча и переработка этих ресурсов сильно сконцентрирована географически. Большая часть мирового кобальта поступает из Демократической Республики Конго, добыча никеля сосредоточена в Индонезии, а Китай контролирует подавляющую долю рынка редкоземельных элементов. Подобная монополизация создает логистические и геополитические уязвимости.
Физическое расширение инфраструктуры также требует огромных территорий. Современные кампусы дата-центров занимают сотни акров земли, на которых размещаются серверные залы, подстанции, системы охлаждения и линии электропередачи. Наиболее привлекательные участки вблизи крупных городов и энергетических узлов уже находятся в дефиците. В США и ряде стран Европы местные сообщества все чаще выступают против строительства новых объектов из-за шумового загрязнения, изменения ландшафта и отсутствия существенной экономической выгоды для локальных бюджетов, что вынуждает власти Нидерландов и других государств жестко регулировать выдачу разрешений.
Авторы доклада приходят к выводу, что будущее отрасли зависит от перехода к интегрированному планированию. Изолированный подход, при котором оптимизация одного ресурса приводит к перерасходу другого, исчерпал себя. Оптимальным решением должно стать внедрение замкнутых циклов водопользования, переработка электронных отходов, разработка энергоэффективных чипов и совместное размещение инфраструктуры с объектами возобновляемой энергетики. Совместные действия правительств, бизнеса и общества позволят сделать искусственный интеллект катализатором экономического роста – а не источником системного кризиса.
