Дарья Сырских 
Международное энергетическое агентство (МЭА) опубликовало сегодня масштабный доклад «Перспективы энергетических технологий 2026». В документе представлен всесторонний анализ глобального рынка экологически чистой энергии, суммарный объем которого в текущем году достиг почти 1,2 триллиона долларов. Эксперты агентства фиксируют переход мировой экономики в эпоху электричества, однако этот процесс сопровождается обострением торговых конфликтов, падением рентабельности производств и беспрецедентной географической концентрацией промышленных мощностей.
Локомотивом индустрии выступают электромобили, на долю которых приходится около трех четвертей совокупной стоимости сектора. За последнее десятилетие рынок чистых технологий рос в среднем на 20 процентов ежегодно. Согласно базовым сценариям агентства, к 2035 году этот сегмент может удвоиться и превысить объемы мировой торговли сырой нефтью. При этом динамика развития различных направлений неоднородна. В то время как солнечная энергетика и выпуск литий-ионных аккумуляторов демонстрируют стремительный рост благодаря стандартизации и эффекту масштаба, внедрение низкоуглеродного водорода и систем улавливания углерода сталкивается с серьезными экономическими барьерами.
Ключевым фактором, определяющим современный облик отрасли, стала монополизация цепочек поставок. Китайская Народная Республика контролирует от 60 до 95 процентов мировых мощностей по выпуску солнечных панелей, батарей и ветрогенераторов, а также доминирует в переработке критически важных минералов – лития, кобальта и графита. Подобное положение стало результатом многолетней промышленной политики, доступа к дешевой энергии и интеграции технологических процессов. Китайские предприятия в среднем в шесть раз крупнее производств, расположенных в Европе или Северной Америке, что обеспечивает им недосягаемую для зарубежных конкурентов низкую себестоимость продукции.
Обратной стороной массированных капиталовложений стало глобальное перепроизводство. Мировой рынок столкнулся с масштабным избытком предложения, спровоцировавшим обвал цен на базовое оборудование. Стоимость солнечных модулей упала на 85 процентов за восемь лет, а цены на аккумуляторные блоки снизились на 75 процентов за десятилетие. Для конечных потребителей это означает удешевление перехода на чистую энергию, но сами заводы-изготовители оказались в зоне финансового бедствия. Ведущие транснациональные корпорации фиксируют убытки, отменяют планы по строительству новых мощностей и приостанавливают работу действующих конвейеров.
На фоне угрозы потери собственной промышленности правительства западных стран переходят к жесткому протекционизму. Соединенные Штаты Америки и Европейский союз вводят импортные пошлины и заградительные тарифы на китайские электромобили, солнечные элементы и ветровые турбины. Агентство отмечает, что в краткосрочной перспективе такие меры стимулируют локализацию мощностей. В Соединенных Штатах доля внутренних поставок солнечных модулей заметно выросла благодаря налоговым субсидиям. Тем не менее фрагментация международных цепочек поставок ведет к удорожанию конечной продукции и замедляет темпы модернизации глобальной энергетической инфраструктуры.
Вопросы торговых барьеров неразрывно связаны с проблемой экономической безопасности. Аналитики смоделировали сценарий полной остановки экспорта из страны-лидера. Расчеты показали, что перебои с отгрузкой аккумуляторных элементов всего на один месяц приведут к потере 17 миллиардов долларов в автомобильной промышленности других государств, причем почти две трети этих убытков придутся на страны Европы. Логистическая уязвимость дополнительно усиливается зависимостью от узких морских коридоров. Около половины мировой торговли компонентами для новой энергетики проходит через Малаккский пролив, любая блокировка которого грозит коллапсом глобальных поставок.
Особое внимание в исследовании уделено тяжелой промышленности и материалам нового поколения. Выпуск стали, цемента и авиационного топлива с околонулевым уровнем выбросов сильно отстает от плановых показателей. Затраты на запуск таких заводов остаются высокими, а готовность покупателей оплачивать ценовую премию за экологичность – крайне низкой. Для преодоления барьера рентабельности требуются новые форматы кооперации. Оптимальным решением может стать создание стратегических партнерств, в рамках которых наиболее энергоемкие циклы производства переносятся в развивающиеся страны с дешевой возобновляемой энергией, а создание конечной продукции с высокой добавленной стоимостью остается на территории развитых экономик.
